Реформа 1991 года. Правительство
СССР в попытках переломить кризисную ситуацию действовало крайне
непоследовательно. Можно вспомнить решение Совета Министров СССР (о предстоящем пересмотре цен (то есть об их повышении), о чем во
всеуслышание объявил Н. Рыжков. Реакци я на это заявление была
незамедлительной. В считанные дни резко вырос спрос на все товары, и по
всей стране распространился тотальный дефицит. На Совет Министров
обрушился шквал критики, и правительство отложило пересмотр цен. Другим
примером непоследовательности действий правительства было введение в
конце 1990 года пятипроцентного налога на все продажи для пополнения
государственного бюджета. Но вскоре (под давлением отраслевых лобби)
правительство приняло решение значительно сузить круг облагаемой
налогом продукции и значение этого налога сошло на нет.В конце 1990
года главой правительства стал бывший министр финансов в правительстве
Н. Рыжкова В. Павлов, представлявший интересы консервативных
экономических и политических кругов и ВПК. Чтобы остановить
центробежные тенденции, был взят курс на ужесточение экономических мер.
Никаких разговоров о приватизации и либерализации уже не было.Вскоре
В. Павлов обвинил частные банки некоторых зарубежных стран в том, что
они стремятся дестабилизировать обстановку в СССР. Президент Горбачев
дал разрешение органам МВД и КГБ вмешиваться в хозяйственную
деятельность предприятий (включая совместные), что привело к резкому
сокращению инвестиционной и торговой активности иностранного капитала
на территории СССР.23 января 1991 года Павлов провел изъятие из
обращения 50 и 100-рублевых купюр. Одна из причин этой меры заключалась
в следующем: дело в том, что операция рубль—форинт—доллар и
рубль—злотый—доллар приносила куда больший доход, чем рубль—доллар, ибо
курс форинта и злотого по отношению к рублю был искусственно занижен.
Неизвестно, какое количество крупных рублевых купюр оказалось таким
образом за границей; во всяком случае Павлов называл цифру в 100 млрд.
руб.Обмен крупных купюр, производившийся свободно лишь в размере
месячного оклада и сопровождавшийся к тому же замораживанием
значительной части вкладов, больнее всего ударил по рядовым гражданам. К
тому же накануне обмена многие предприятия и учреждения получили
деньги для выплаты заработной платы почти исключительно крупными
купюрами. Из-за отсутствия мелких купюр сберегательные кассы не
производили обмена денег пенсионерам. Возникла угроза того, что за
отпущенные три дня обменять деньги смогут не все.Правительство было
вынуждено дважды пересматривать сроки обмера крупных купюр. После
каждого переноса сроков денежный выигрыш государства от обмена
уменьшался. Сразу после обмена он составлял около 10 млрд. руб., в
марте — 8 млрд. руб., а к апрелю уменьшился до 4 млрд. руб. Тем не
менее, обмен денег создавал определенные возможности для стабилизации
денежного обращения. Однако этот последний для рубля шанс на
выздоровление был сорван дальнейшими шагами правительства.Хотя в
апреле 1991 года номинальная денежная масса была минимальной, срыв
стабилизации денежного обращения пришелся именно на апрель, т. е. На
момент проведения реформы цен, призванной по идее закрепить результаты
январского обмена денежных купюр. В результате этой реформы примерно в
три раза выросли государственные розничные цены, был достигнут предел
покупательной способности населения и произошло снижение кооперативных и
базарных цен. Однако одновременно правительство пошло на выплату
значительных денежных компенсаций. Вследствие этого печатный станок был
запущен и уже больше не останавливался. Основными причинами
существенного увеличения денежной эмиссии июне-сентябре был начавшийся
распад СССР и отказ бывших республик, а ныне суверенных государств
перечислять средства в союзный бюджет. В этих условиях президент М. С.
Горбачев пошел на нарушение союзного законодательства, взяв в июле в
обход Верховного Совета из Государственного банка 93 млрд. руб. на
содержание армии и государственного аппарата. В результате начавшаяся
еще до перестройки и сопровождавшая каждый ее шаг инфляция из-за
гигантского расширения денежной массы переросла в гиперинфляцию.
Реформа цен не изменила положения дел на потребительском рынке. Рост
дефицита обгонял рост цен.Правительство рассчитывало на прямо
противоположный эффект. Кабинет Министров полагал, что с учетом выплат
правительственных компенсаций ему удастся снизить жизненный уровень
населения на 40%, приблизив его к уровню 1978-1979 гг. В таком случае,
по мнению наших министров, население, чтобы сохранить привычный ему
уровень жизни, станет снимать со сберкнижек по 2 тыс. руб. в год. Этим
поглотится прирост сбережений последних лет и экономика вернется к
безинфляционным 1971-1973 гг. |